Антигон Скажу без преувеличения, кенгурятина – это божественное лакомство. Мне, как филантропу, мучительно больно за тех, кто ни разу не пробовал фаршированную кенгуриную сумку, кенгуренка табака или шашлык по-австралийски! Поэтому, если в ресторане нет кенгурятины, я устраиваю скандал. По идейным соображениям, а не по причине скверного характера, как многие ошибочно заблуждаются.
Я, правда, сумчатых не ем, потому что опасаюсь кенгуриного гриппа, но переживаю за российских мясоедов – недавно самых счастливых в мире. Ведь еще несколько месяцев назад 70% экспорта кенгурятины приходилось именно на нашу страну.
Правда, использовать ее было разрешено только в переработанном виде – в составе сосисок и колбасы. Благодаря этому советские мясопродукты потрясали гурманов своим бесподобным вкусом и изумительным качеством. Не случайно за ними выстраивались огромные, я бы даже сказал, незабываемые очереди!
Я думаю, советские женщины потому и носили такие тяжелые сумки, что запасались мясными деликатесами. Впрочем, не исключено, что склонность к сумкам – это побочное действие употребления кенгурятины.
А вот за российскими сосисками и колбасами, по моим наблюдениям, не выстраиваются очереди. В этой связи у меня два предположения. Первое: российскими производителями утерян уникальный рецепт изготовления сосисок и колбас из кенгурятины. Второе: в последние годы австралийцы стали поставлять нам какую-то неправильную кенгурятину. Скажем, разучились заготавливать. Утратили сноровку. Поддались пропаганде разжигателей гастрономической розни и вегетарианской нетерпимости.
А может быть, все дело в вопиющей несправедливости. Мы-то импортировали 70% австралийской кенгурятины, но разве Австралия импортировала... скажем, 70% нашей оленины? Нет! Вот и получила пропорционально-асимметричный ответ – запрет на поставки кенгурятины в Россию ввиду ее несоответствия санитарным нормам!
В результате целая отрасль австралийской промышленности, которая оценивается примерно в 250 млн. долл., оказалась под угрозой. Холодильные установки закрылись, фабрики по производству мяса встали, а в западной части австралийского штата Квинсленд разразилась экологическая катастрофа – демографический взрыв сумчатых, участивших разрушительные вторжения в частные владения австралийских садоводов и фермеров.
Так что у австралийцев осталось всего два выхода, связанных с большими издержками. Либо повысить стандарты и производить более качественную кенгурятину, либо бороться с размножением кенгуру с использованием современных технологий – например, путем закупки уссурийских тигров, что особенно актуально ввиду приближающегося 2010 года.
Я думаю, что, если на Австралию придется 70% экспорта уссурийских тигров, российские рынки вновь распахнутся для австралийской кенгурятины и наши сосиски и колбасы станут такими же вкусными, как прежде.
Дарья Гармоненко