Мучительное избавление от зловещей тени: перечеркнуть нельзя, забыть невозможно

Инициатива десталинизации, озвученная Дмитрием Медведевым на заседании Совете при президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека, вызвала бурную дискуссию в стране. Одни надеются, что десталинизация приведет к декоммунизации России, другие ждут борьбы с пережитками чиновничьего авторитаризма, третьи рассчитывают на всенародное покаяние. Пока же десталинизацию можно сравнить с борьбой с последствиями тирании Ивана Грозного или наследием татаро-монгольского ига – вроде бы явления не самые хорошие в российской истории, но мало кому ясно, есть ли смысл ворошить историю, а кто и перед кем должен каяться – не понятно. К тому же тоталитарные привычки так въелись в плоть самих десталинизаторов, что они борются со злом не слишком демократическими средствами – создают комиссию по борьбе с фальсификацией истории, насаждая единственно верную точку зрения на прошлое, а архивы для всех любопытствующих рассекречивать не желают. Сталин как исторический персонаж и любовь к его режиму перенесли уже две десталинизации – в 60-х, и 90-х годах XX века, и, очевидно, что мрачная притягательность этого политика и его эпохи не ослабнет и после нынешнего невнятного третьего захода российского руководства.