Вариант мелитензис

В Научно-исследовательском центре токсикологии и гигиенической регламентации биопрепаратов, расположенном в поселке Большевик Серпуховского района, состоялось международное рабочее совещание «Бруцеллез – пограничная инфекция животных и человека, требующая общих усилий разных стран»: 83 участника самого высокого ранга – 4 члена-корреспондента РАН, 30 профессоров, 30 докторов наук, 19 кандидатов наук. Создание единой системы биологического мониторинга в России, которая будет нацелена на тесное взаимодействие с пограничными странами, более чем актуальная задача. Прокомментировать современную ситуацию в этой сфере мы попросили директора центра, профессора, доктора ветеринарных наук Романа Боровика.

– Роман Владимирович, почему именно бруцеллез? Насколько вообще эта проблема специфична для нашей страны? Или это мировая «головная боль»?

– Нашему совещанию предшествовала поездка в Чикаго на американскую конференцию по бруцеллезу и Всеамериканский съезд ветеринарных врачей. На конференции выяснилось, что у нас многие проблемы являются общими. Прежде всего защита территорий от инфекций, которые переносятся через границу.

У американцев крупные парнокопытные животные, такие как бизоны, лоси, живущие в Йеллоустонском национальном парке, мигрируют на территорию Канады, потом возвращаются и рассеивают в штатах Айдахо, Монтана, Вайоминг различные инфекции – туберкулез, болезнь Джона, но главная беда – бруцеллез. В Йеллоустонском национальном парке одних только бизонов около трех тысяч, а также благородные олени, косули, и 50–60% всей этой животной массы больна бруцеллезом.

Бруцеллез – инфекция, которая поражает репродуктивные органы человека и животного. У детей она протекает с выраженными воспалениями суставов, гениталий, бурситами. Это страшная болезнь, от которой даже в нашу эру антибиотиков практически невозможно излечиться до конца.

У американцев существует проблема защиты от бруцеллеза крупного рогатого скота с севера и юга – в Мексике распространен тот же бруцеллез, но только более лютая его форма, так называемый бруцеллез мелкого рогатого скота и бруцеллез человека – вариант мелитензис. Мексиканцы всеми правдами и неправдами пытаются стать гражданами США и пробираются в страну через леса, степи, пустыни и, как правило, устраиваются на работу в сферу обслуживания – в рестораны, различные точки, которые обеспечивают питание, фаст-фуды и так далее. Таким образом возникает серьезная опасность заражения граждан США.

С распадом Советского Союза, когда отделились Казахстан, Узбекистан, Азербайджан, Армения, Грузия, которые граничат с Ираном, Ираком и другими странами, исключительно неблагополучными по бруцеллезу, ослабла работа по защите от этого заболевания. И сейчас через наши южные границы с мясопродуктами завозится очень опасная для человека инфекция. Хотя у нас есть и свой бруцеллез – в Дагестане, Карачаево-Черкесии, на Кавказе.

Таким образом, выяснив, что у нас есть общие проблемы, американцы предложили выработать принципы борьбы с этой болезнью. На совещании в Чикаго мы фактически сформулировали новое научное понятие «пограничная инфекция». Мы приняли решение выработать общие принципы борьбы с бруцеллезом, единые методы и единые подходы к диагностике, методы учета, контроля, снижения заболеваемости.

– Зубр и бизон – животные одного вида?

– Когда еще не существовало Берингова пролива, наш зубр перешел на Североамериканский континент и стал американским бизоном. Конечно, разные условия проживания сказываются на животном. Наш зубр – семьянин, живет небольшими семьями по 6–7 особей в гуще леса. У него длинные ноги, он подтянутый, поджарый, потому что надо переступать через кусты и деревья. Американский бизон приземист, более темного окраса, ножки коротенькие. Он ходит по степи, ему надо дотягиваться до жалкой травы в степной зоне, он более космат, горбат и, как дядюшка Сэм, бородат. Стада бизонов насчитывают от нескольких сотен до 2–3 тысяч особей.

– Каковы итоги совещания?

– Мы договорились, что каждая из десяти стран в своей печати, которая имеет отношение к ветеринарии, защите животных, здравоохранению, подготовит и опубликует информацию о том, что мы пришли к мысли о необходимости более строгого контроля, учета животных и движения пищевых продуктов.

Ведь бывает, что болезнь прорывается. Так, в Одинцовский район с Северного Кавказа поступило мясо, зараженное бруцеллезом. Было потрачено много средств, сил и энергии, чтобы предупредить заболевание. В Казахстане, например, каждый год бруцеллезом заболевают до двух тысяч человек, несколько тысяч животных крупного рогатого скота, несколько десятков тысяч мелкого. Поэтому основная цель совещания – гармонизировать, объединить наши усилия, сделать методы борьбы с этой инфекцией и подходы по ее ликвидации едиными.

Еще одна задача – продемонстрировать иностранцам возможности советской, а сегодня – российской вакцины против бруцеллеза. С помощью этой лучшей на сегодняшний день вакцины из штамма-82, которая была разработана в Казанском ветеринарном институте профессором Солмаковым, фактически ликвидирован бруцеллез в России. Мы уже получили заказ от иностранцев разработать способы применения этой вакцины в Йеллоустонском национальном парке.

– Вы нашли общий язык с коллегами?

– Ну а как же – люди говорили наперебой. Выступавший делегат из Казахстана сказал, что это первое совещание по бруцеллезу на постсоветском пространстве среди специалистов с 1978 года, и поблагодарил за приглашение.

Знаете, есть такое явление – импринтинг. Например, если яйцо курицы подложить под наседку-утку, первое, что делает утка, – ведет вылупившихся утят на пруд купаться, и цыпленок смело шагает за ней в воду и даже заходит в нее по грудь. Конечно, он не плавает, но когда вырастает, становится очень смелой курицей, которая не боится воды. Импринтинг – это первые впечатления после рождения, которые откладываются глубоко в мозгу на всю жизнь. А поскольку мы все советские люди, у нас импринтинг глубоко в сознании – чувство коллективизма, необходимость сотрудничества, понимание единства общих целей, взаимопомощь. Ведь идеалы у советской власти были неплохими, плохо, что слова расходились с делом, много было цинизма и обмана.

Нам не верили, что в России мы сможем собрать, объединить на общем совещании все южные республики. Ведь то, что мы их пригласили, собрали – это демонстрация свободы отношений в нашей новой стране. Никто не мешал, не отказал в визах – это говорит о том, что мы открыты для сотрудничества.

Совещание завершилось, и сегодня мы заняты подготовкой встречи главы нашего района Александра Шестуна с американскими хозяйственниками и учеными для того, чтобы они объединились для защиты зубров и бизонов на модели Приокско-Террасного заповедника и американского Йеллоустонского национального парка и чтобы они подружились на уровне администраций городов и районов.