Лариса Каневская На красной линии московского метро конечная станция ≈ «Юго-Западная». В десяти минутах ходьбы вдоль проспекта Вернадского ≈ театр со скромным географическим названием: «На Юго-Западе». На текущий месяц в кассе билетов обычно нет, но на следующий можно заказать по телефону или на сайте театра. В зале на 114 мест случайных людей почти не бывает. Счастливчиков с контрамарками рассаживают на специальных подушках вдоль ступенек. Виповских мест нет, что подтверждает полную и окончательную победу демократии, впрочем, все это «тянется» со студийных времен. «Юго-Запад» ≈ театр с историей. Это чувствуется на каждом шагу. Кажется, в афише ≈ названий сорок, тридцати дней не хватает, чтобы «выгулять» каждый в течение месяца. Редко с чем расстаются, списывая в утиль. Таким образом «Дракула», которого Валерий Белякович поставил в 2005-м, ≈ свежая продукция. Ироническую фантазию по мотивам романа Стокера Белякович написал сам. С тех пор сыграно сорок спектаклей.
Строгое и красивое черно-белое действо, в трагические моменты кроваво вспыхивающее, множится в зеркалах, в которых отражается все, что происходит, даже звуки. Дракула в спектакле Беляковича – не страшный легендарный вампир, а харизматичный молодой человек (Матошин), любящий, несчастный страдалец, ожидающий возвращения своей прекрасной возлюбленной (Дымонт) несколько сотен лет. Белое платье невесты выглядит не празднично, а печально.
К счастью, спектакль поставлен без излишнего пафоса, с изрядной долей юмора.
Зрители с удовольствием реагируют на все реплики и комические ужимки одного из главных героев в исполнении Михаила Беляковича. «Мама часто говорила: «Сынок, не бери от жизни все, зачем тебе так много неприятностей?», «Говорят, семейная жизнь так закаляет человека, что он не страшится загробной┘» Занятными сведениями делится профессор (Леушев), растолковывая бестолковому Моррису (Нагретдинов) и любознательному доктору (Бакалов) особенности поведения вампиров с «научной» точки зрения.
Много удачных афоризмов ушло в народ: «Медицина открыла так много новых болезней, что совершенно махнула рукой на старые»; «В Лондоне – грязный воздух, но англичан это не напрягает, они стараются дышать, не затягиваясь»; «От воздержания пока еще никто не умирал┘ но ведь еще и не родился!»
Три с половиной часа пролетают незаметно. В антракте в буфете обращаешь внимание на пломбир в вазочках, трогательный, политый вареньем, как в детстве.
