Умышленно и с особым цинизмом

Разносторонний автор Владимир Тучков. Фото Николая Милешкина

В этот раз Тучков прочитал несколько своих новых стихотворений, на слух очень похожих на рассказы, и несколько своих новых рассказов, очень похожих на стихотворения. Тучков всегда так: возьмет, да и перепутает жанры – умышленно и с особым цинизмом. То у него ирония пополам с чистой грустью, как в стихотворении «Звезда и смерть Коли Васина» (про пожизненного фаната «Битлз»). То абсурд и жуть, как в тексте про генерала, очень любившего и всей душой жалевшего свои милые обреченные на смерть авиабомбы. То ядовитая пародия про содержимое «репродукторов» советского времени – в сравнении с «репродукторами» времени нынешнего (и сравнение явно не в пользу дня сегодняшнего). То про нынешние фейсбуки, а то про прошлые мании и фобии советской интеллигенции. И все это слушается (читается) с неизменным интересом.

А вот рассказы пересказать своими словами невозможно. Даже точно сказать, о чем были те рассказы, трудно, потому что они не так просты, чтобы на слух и с первого раза уловить все скрытые смыслы и аллюзии.

Во второй части вечера Тучков, большой любитель перформансов, предстал перед зрителями еще и в роли актера, сыгравшего главную (и единственную) роль в получасовом артхаусном фильме Игоря Левшина. Правда, там Тучков не читал ни стихов (похожих на прозу), ни прозы (похожей на стихи) – он там читал какую-то книжку (не вслух, а про себя!), долго ходил по развалинам постапокалиптической Москвы и даже что-то на этих развалинах станцевал. А потом по стене постапокалиптического дома где-то в постапокалиптической Москве долго и красиво двигалась тень Владимира Тучкова. Правда, у него в этом фильме что-то случилось с лицом… Оказалось, он был в противогазе.

Видеоряд у Игоря Левшина получился весьма крутой – плавающий, мерцающий, с искаженным цветом, иногда в виде негатива – короче, артхаусный и постапокалиптический. Видеоряду вполне соответствовало и музыкальное сопровождение – небанальное, живое и столь же странное (и страшное), как и видеоряд.

Традиционное чаепитие завершило весьма насыщенный стихами (похожими на прозу), прозой (похожей на стихи) и кинематографом (похожим на артхаус и таковым являющимся!) вечер.