Загнать "одинокого волка"

Расстрел в Кизляре вновь напомнил о направлении террористической деятельности, в экспертном сообществе получившем название lone wolf. «Одинокий волк» – это боевик, совершающий акт устрашающего насилия вне видимой связи с известной террористической организацией.

Анализ таких актов и обобщение признаков лиц, их совершавших, показывают, что злоумышленник действует без прямой поддержки организации в планировании, подготовке и осуществлении нападения. Решение об атаке принимается им самостоятельно, без указаний со стороны внешних групп или третьих лиц. При этом его мотивы не сводятся к личному или материальному интересу и могут совпадать с декларируемыми целями уже известных организаций. Притом что главной целью нападения может быть определенный объект или круг лиц, забота об ограничении сопутствующего ущерба не является приоритетом.

Если следовать этим критериям, вряд ли можно отнести к акту терроризма удержание в учебном помещении вооруженным школьником соучеников с целью привлечения к себе внимания объекта симпатий. Впрочем, ситуация может быть неоднозначной, если при этом будут выдвигаться требования к органам образования о внесении изменений в учебную программу – например о введении или исключении определенных обществоведческих предметов.

Возможно, столь же неоднозначной для целей квалификации был бы поджог медицинского учреждения пациентом, убежденным в том, что его неизлечимая и приносящая страдания болезнь стала следствием упущений, допущенных персоналом этого учреждения, или даже государственной политики в сфере здравоохранения.

Наконец, к квалификации преступного деяния как акта терроризма, возможно, приближается вооруженное нападение лица с подвижной психикой, болезненно восприимчивого к определенным идеям, к примеру в сфере религии или расово-этнических отношений, на собрание сторонников иных идей, приведшее к значительным жертвам.

В отсутствие прямой связи с организацией или курирующим оператором, представляющим организацию, одиночка не связан политическими и идеологическими установками, определяющими стратегию и тактику нанесения ударов и ограничивающими выбор цели, времени совершения нападения, его средств и методов. Не будучи встроен в общую стратегию и идеологию организации, одиночка может не считаться с воздействием акта на ее репутацию. Он либо умышленно не ограничивает пределы насилия, разрушительность и неизбирательность выбранных средств, либо не способен этого сделать в силу отсутствия подготовки, навыков и знаний. Отсутствие устойчивой физической или виртуальной связи с уже известной организацией затрудняет выявление исполнителя или установление свидетелей, чьи показания могли бы содействовать своевременному предупреждению готовящегося акта. Наконец, возможные в некоторых случаях психические отклонения у одиночек являются предпосылками для их спонтанных и непредсказуемых действий; именно такие лица более склонны к индивидуальным, нежели групповым, действиям.

Очевидно, что разработка методов предупреждения террористических актов, совершаемых в одиночку, требует совместных усилий специалистов, наделенных разными знаниями, навыками и опытом их применения. Эти усилия должны охватывать весь диапазон мероприятий – профилактику, раннее выявление потенциальных злоумышленников, предотвращение акта до его начала, нейтрализацию формирующейся угрозы и ее источника, наконец, уменьшение и ликвидацию последствий акта, который не удалось предотвратить. Соответственно в этот процесс помимо аналитиков и оперативного состава силового блока должны быть вовлечены педагоги, психологи, психолингвисты и психотерапевты, специалисты в области биомеханики, которые совместно с разработчиками компьютерных программ могли бы создать алгоритмы биометрического, физиогномического и лингвистического распознавания. Такие алгоритмы, применяемые в компьютерных сетях, могли бы дополнить технические средства контроля на транспорте, почте, в людных местах. Понятно, что неизбежно возникнет вопрос о путях преодоления технических и финансовых трудностей при разработке и внедрении таких технологий.

Террористы, действующие в одиночку, не существуют в полной изоляции и связываются с внешним миром не только посредством Интернета, хотя при должной скрытности могут оставлять в Сети лишь минимальные цифровые отметки (выход в Сеть с целью сбора информации, но не установления связей). У них есть соседи, они могут вступать в контакт с социальными службами. Нельзя исключать поддержания ими семейных связей, появления в религиозных сообществах – хотя бы ради того, чтобы высказать свое неудовлетворение, тем самым обнаружив индикаторы радикализации. Соответственно мероприятия по предотвращению их появления не могут обойтись без специалистов в области семейных отношений, а также священнослужителей и религиоведов.

Ведь заметил же кто-то, что некоторое время назад «кизлярский стрелок» Халилов стал бриться не так, как это делают приверженцы традиционного ислама.