Анатолий Шикман
Абрам Рейтблат. От Бовы к Бальмонту и другие работы по исторической социологии русской литературы. – М.: Новое литературное обозрение, 2009. – 448 с. (HISTORIA ROSSICA)
Давно замечено, что наиболее экономный путь к познанию и пониманию современности лежит через историю. Весьма увлекательно посмотреть, как под влиянием печатного слова во времени и пространстве формируются и изменяются социальные и культурные запросы людей. Именно эту работу проделал и предложил читателям известный московский социолог и историк литературы Абрам Ильич Рейтблат.
Собранные в одном томе работы разных лет, какие бы темы они ни затрагивали – историю чтения в России в конце ХIХ – начале XX века, взаимоотношения авторов и издателей, литературные премии, лубочную литературу и фольклор, писательские гонорары или создание и распространение русских литографированных пьес, – отличаются целостным восприятием жизни, рассмотрением любого вопроса в единстве всех его составляющих.
 Читателя необходимо просвещать и воспитывать, а не развлекать. Ян ван Эйк. Мадонна с читающим Младенцем. 1433 год. Национальная галерея Виктории, Мельбурн |
Вот, к примеру, такой конкретный вопрос, изученный автором: почему в нашей стране столь медленно завоевывал читательскую аудиторию детективный жанр, к тому же презрительно оценивавшийся критикой как второсортная литература? Рейтблат приводит реальные факты и приходит к обоснованным выводам. При бесспорном интересе множества людей разных стран к детективу отношение к нему все же было разным. В западном детективе главной движущей силой преступника являются собственность, деньги, а в России – страсть. Если западный читатель с увлечением следил за ходом логической мысли, то россиянина гораздо больше интересовали авантюрность поступков и социально-психологическая сторона преступления. Эту читательскую специфику автор объясняет ощутимым различием социально-экономических условий общества «там» и «здесь»: высокий статус правовых отношений, или господство морально-религиозных норм, привычка рассчитывать свои действия, или общинная вера в «авось», высокий уровень образования населения, или лишь наличие тонкого слоя интеллигенции, к тому же традиционно считавшей, что читателя необходимо просвещать и воспитывать, а не развлекать. Иначе говоря: распространение той или иной литературы в стране не бывает случайным, а тесно связано с социальными и культурными запросами конкретных слоев общества.
Книга Рейтблата не относится к легкому чтению, она требует внимания и сосредоточенности. Но тот, кто согласится на эти условия, будет вознагражден как профессиональными наблюдениями автора, так и его мастерством исследователя.
