Анна Хрусталева НЕСКОНЧАЕМЫЕ анфилады и готические арки казино "Винсо Гранд" как нельзя более соответствовали вечеру, который устроил для своих друзей молодой поэт, а по совместительству управляющий одного из московских отделений Центробанка Андрей Алякин. И несмотря на то что ежедневно через его руки проходят десятки счетов и финансовых документов, это не погасило в нем огня поэтической страсти. И самое яркое тому доказательство - камерный литературный спектакль, в который он превратил презентацию своего нового, уже шестого сборника "Безвременье".
Закоренелый романтик, он заполнил сцену непременными атрибутами гамлетовской эпохи: рапирами, песочными часами, бокалами с красным вином, канделябрами. И даже череп где-то раздобыл. Да и самого Гамлета, по-юношески легко и беззаботно оставив не у дел Шекспира, сделал чуть ли не главным действующим лицом всего спектакля. С не меньшей вольностью обошелся Андрей и с прочими великими людьми прошлого: Марию Антуанетту называет он не иначе как Маша Бурбон, а Жанна д"Арк и вовсе превратилась в кокетливую Жаннет. Как утверждает сам автор, всю его поэзию можно охарактеризовать одним-единственным словом - любовь. Ведь кому как не ему, кандидату экономических наук, знать, что любовь - это формула, в которую можно подставить любое чувство-показатель. И понять это может любой, недаром не привыкшие, казалось бы, к поэтическим изыскам "белые воротнички", заполнившие в тот вечер зал "Винсо Гранд", просидели не шелохнувшись все два часа, что шло представление.
Помимо коллег по финансовой машине заглянули на презентацию и соратники по Парнасу - поэты Владимир Вишневский и предводитель Ордена куртуазных маньеристов Вадим Степанцов с беременной супругой. "Я рад, что Андрей следует дорогой, проложенной великими государственными мужами древности, которые беспрестанно грешили стихотворным и мемуарным творчеством, - сказал Степанцов корреспонденту "НГ", - да и в России екатерининской эпохи считалось незазорным служить государству и блистать в богемных кругах. Одно меня смущает: он остался пусть одаренным, но все же юношей, застывшим в своей восемнадцатилетней метущейся душе. Он все еще ищет слова, мысли и ноты. А где же зрелость?"
Но Андрей и сам признает, что слишком часто использует слова "весна", "смерть", рифмы "Русь - грусть", "любовь - кровь". Но любые стихи, по его мнению, рано или поздно обязательно будут востребованы. И если хоть один человек найдет в этом рациональное зерно и продолжит его дело, он будет счастлив.
Сегодня все его мысли занимает фильм Люка Бессона "Жанна д"Арк". И потому следующую свою торжественную встречу с друзьями он намерен приурочить к премьере спектакля "Голоса", посвященного легендарной французской воительнице.
