0
602
Газета Стиль жизни Печатная версия

31.10.2007 00:00:00

Еду я на родину

Тэги: италия, фестиваль, путешествие


италия, фестиваль, путешествие Если город с Пизу, это в самый раз.
Фото Александра Тягны-Рядно

Поехали мы с мужем, фотографом Александром Тягны-Рядно, на художественный фестиваль в Тоскану: это местные виноделы (знаменитое кьянти) проводят каждый год акцию – зовут художников из разных стран, делают выставку привезенных работ, селят в своих резиденциях на неделю (у них развит винный туризм, так что живешь в отдельном домике – как в гостинице), в конце художники показывают то, что сделали за это время.

Саша привез фотографии, среди которых был давний портрет Ельцина, он почему-то всех поразил. Спрашивали: неужели можно было главу государства снять так вот близко и запросто, не будучи кремлевским фотографом? Российский «бренд», к сожалению, – это Кремль. Не пейзажи, не человеческое, не поэтическое, а политика. Сколько ни выступала в разных странах с чтением стихов, после этого неизменно следовали вопросы о Горбачеве, Ельцине, Путине, остальное – как бы детали, издалека не различимые, внимание публики не успевает до них добраться. Детали, то есть сама жизнь, стали уделом специалистов.

Летели мы в Милан с пересадкой в Цюрихе, и вдруг мне страшно захотелось жить в Швейцарии – стране без политики, стране, во всем следующей формуле Будды: «Срединный путь». Страна, понятно, христианская, но в этноконфессиональном отношении скромная, без заламывания рук.

«А в Италии не хочешь?» – спрашивает Саша, поднимаясь по трапу. Но я не хочу жить в зоне досягаемости щупалец спрута – мафия (итальянский бренд) вынуждает о себе думать. Хотя в Италии красоты и можно спрятаться в башне из слоновой кости: вот Пизанская – с XII века стоит, накренясь, будто падает, и не падает. Невероятное зрелище. И мрамор ее такой теплый, живой, бело-розовый, и сделано все пусть и с существенным изъяном в архитектурном проекте (не то что древние римляне строили – на века, крепко, прямо, обтачивая камни с точностью до микрона – без цемента ж все держалось, чистой математикой!), но с тщанием и вкусом в отделке.

Пиза – город того размера, который в моем представлении и соответствует слову «город». Флоренция – больше, и это максимальный размер города, дальнейшее разрастание формирует пространство другого типа: мегаполис, башня не пизанская, а вавилонская, которая неизбежно распадается на куски, держать их вместе – усилие столь большое, что пресловутая политика всех касается. Это ж она как бы не дает вавилонским башням рухнуть окончательно. Это она тенью своих щупалец создает эффект равномерно серого неба над вавилонскими мегаполисами, а самими щупальцами жалит, доит, гладит, и все спорят, какие щупальца похожи на резиновые дубинки, а какие – на золотой дождь. Золото, символ Флоренции, Золотые ворота из чистого золота напротив гигантского собора, выложенного знаменитой флорентийской мозаикой, и Золотой мост, на котором спокон веку живут, работают и продают свои изделия ювелиры. Невероятно, почти как Пизанская башня: мост застроен трехэтажными солидными домами (еще Бенвенуто Челлини там жил и чеканил драгметалл) – должен был бы рухнуть уже, надломиться под тяжестью, так нет, стоит, выдерживая еще и толпы туристов, глазеющих на золотой блеск и прикупающих украшения. Не просто колечко, а с Золотого моста, от ювелира в двадцатом каком-нибудь поколении (мост построен в 1345 году). Я ничего не купила. На что мне золото? Мне бы укутаться во что, в родном мегаполисе брезгую: тут либо то же, но на порядок дороже, либо фальшак, либо китайский байковый халат с люрексом.

Ездили мы в Италии по городам и весям на «Антилопе Гну». Винодел, в чьей резиденции мы жили, выдал нам «Фиат Пунто» тридцатилетней давности, подсобная машинка у него, сам на «Мерседесе», разумеется. Едешь – думаешь, сейчас развалится железяка, а она ничего, едет. И рев издает, как «Ламборгини». «Ламборгини» нам тут и там попадались в Тоскане – не спорткары, а тракторы, на них землю пашут. Землю попашут – попишут стихи, но не признаются в этом: считается постыдным занятием. Разве что пенсионеры отдаются поэзии, акции устраивают, собираются в барах и горячо обсуждают будущее. Встретила таких в Милане: десяток старичков-поэтов до полуночи не могли разойтись – поэтические планы строили, ругались, серьезные такие – нашли смысл жизни.

У Италии интересная конфигурация: родина Данте (все та же Флоренция) литературу вообще и поэзию в частности нынче не привечает, а прогресс и живопись – очень даже, то есть дело Леонардо живет и побеждает, а дело Алигьери чахнет. «Земную жизнь пройдя до середины, я оказался в сумрачном лесу» – помню начало «Божественной комедии» даже по-итальянски. А итальянцы уже не помнят. К Леонардо мы совершили первую поездку на «Антилопе Гну»-«Ламборгини» – в Винчи. Такие городки и надо, вероятно, считать весями (по правде, не знаю, что значит это слово): размер меньший, чем того требует Город, это городишко – сонный, безлюдный, у редких прохожих и сидельцев в барах вид неотесанный. В Италии (в отличие от Франции) много неотесанности, они говорят – аутентичности: типа, как было, так и есть, без всякой реставрации. Но это меня и смущает в Италии (отчего я больше люблю Францию – они сравнимы, много похожего, из одного корня выросли): разрыв между классикой – античным Римом и итальянским Возрождением – и теперешними итальянцами. Теперешние – как бы забыли служение, ведь все эти соборы, башни, поэмы, фрески, скульптуры, картины, сонеты – служение высшему, как его ни понимать, будто смотрит на тебя сверху Око и надо пред ним выглядеть наилучшим образом. Теперь видеокамеры повсюду, то же Око, но они не для того, «чтобы», а «чтобы не» – не хулиганить, не грабить, не убивать.

Родина Леонардо – два музея его изобретений, дом-музей, а вокруг – прозябание. Город должен быть с Флоренцию. Или Пизу. Еще есть деревня, где мы и жили: просторы, долины, холмы, редкие домики, кипарисы, неаполитанские сосны, виноградники, оливки, земляничное дерево, деревья грецких орехов, охотники со стаей собак – тоже одни пенсионеры. Молодым, говорят, на охоту неохота. И вообще мало что охота. Ну работают, денежки зарабатывают. Кто на «Антилопу Гну», кто на «Ламборгини». Искусство же проходит обратный исторический путь: в XX веке копировали величественное возрожденческое (с оригиналом лучше не сравнивать), авангардное Cредневековое, киклад, теперь дошло до кроманьонцев. Один из самых известных тосканских художников – Карло Ромити, тоже участник выставки, – делает картины, в точности воспроизводящие наскальные росписи пещер Ласко. А он их и не видел даже. Один художник, приехавший на фестиваль, вдруг говорит: «Микеланджело был такой жмот! Получал бешеные деньги, а жил на копейки». Как описать пропасть между временами? «Дум высокое стремленье», дар небес в помощь, тогдашние спруты отсыпали мастеру золота, но это были не спруты, а флорентийского размера львы – охранявшие город и заказывавшие высокую музыку. Микеланджело жил в эпоху бесконечно долгого будущего, теперь-то искусство не дороже золота, перспектива свернулась в рулон.

А вот и аутентичность: городишко Вольтерра – целиком XIII век. Толстые стены сурового коричневого колора – город-крепость на холме. Тут жили этруски, до римлян они населяли Тоскану, откуда и ее название (римляне звали этрусков «тусками»). Некоторые считают, что этруски – праславяне, общие предки русских и латинян, что должно подкреплять лозунг «Москва – Третий Рим». Письменность их пока не расшифрована, так что говорить можно все что угодно.

Обратный путь – с повышенным комфортом: бизнес-класс (такая фишка у швейцарского перевозчика, чтоб обратно в Москву перевеса не было от обильного шопинга, чтоб еда – не просто, а от шефа со звездой Мишлена, за те же деньги), вот оно Домодедово, мы с Сашей подходим вдвоем к паспортному контролю. Все документы всегда у меня, без очков не разберу, где чей паспорт, и тут вдруг... «Передача паспорта другому лицу является уголовным преступлением, – говорит молодой пограничник, – подходить строго по одному». Что-то новое, сколько лет по двое подходим на всех границах – на российской улыбались даже, и было это не так давно.


Комментарии для элемента не найдены.

Читайте также


Президент возвращает "Единую Россию" во времена парткомов

Президент возвращает "Единую Россию" во времена парткомов

Дарья Гармоненко

Иван Родин

Правящую политструктуру переключили с электоральных чудес на ежедневную управленческую работу

0
741
Законы о QR-кодах готовят к первому чтению

Законы о QR-кодах готовят к первому чтению

Иван Родин

За правительственную инициативу Госдума проголосует условно

0
901
Минюст исправит ситуацию в адвокатуре

Минюст исправит ситуацию в адвокатуре

Екатерина Трифонова

Требования к статусу, деятельности и поведению защитников хотят ужесточить

0
770
3 миллиона россиян перестали быть бедными

3 миллиона россиян перестали быть бедными

Ольга Соловьева

Росстат смог статистически затормозить обнищание населения

0
978

Другие новости

Загрузка...