Со стола праведника

Пищу, благословленную праведником, сразу не съедают, а привозят домой, чтобы поделиться ею с близкими.
Фото Reuters

Глубже понять происхождение евангельской Тайной вечери, когда Иисус раздавал своим ученикам хлеб и вино, можно, посетив хасидскую трапезу – так называемый тиш. Слово это в переводе с языка идиш означает просто-напросто «стол».

Конечно, любой историк скажет, что хасиды появились только в XVIII столетии от Рождества Христова, однако несомненно, что в своих обычаях они хранят более древние традиции иудаизма, воспринятые и христианством. К таким традициям следует отнести особые застолья во главе с лидером религиозной общины, собрания, исполненные сакральных переживаний.

Итак, заглянем на хасидский тиш. Обычно он проводится по субботам или еврейским праздникам, но может быть приурочен к какой-нибудь «местной» дате – скажем, годовщине смерти кого-то из предков нынешнего ребе – духовного лидера общины, главы хасидского «двора». Почему «двор»? Каждый ребе, или цадик, то есть праведник, царствует над своими последователями подобно абсолютному монарху, и праведность у хасидов передается по наследству. Поэтому говорят о хасидских династиях. А какой же монарх без двора и без династии!

Знатоки называют примерно 150 хасидских «дворов», то есть направлений хасидизма, существующих в наше время. Правда, в некоторых случаях это один и тот же «двор», просто поделенный между братьями по территориальному признаку (кто-то работает с хасидами, проживающими на Святой земле, кто-то – с американскими единоверцами). Всего же за время существования хасидизма существовало около 300 дворов – развитие многих из них было прервано Второй мировой войной.

Итак, тиш обычно начинается с того, что ребе совершает омовение рук (обычно ему подают специальную серебряную кружку и серебряный же таз – серебро в каббале символизирует милость Всевышнего) и произносит благословение хлеба. Чаще всего это метровой длины хала – витая булка. Зачем нужна такая большая хала? Затем, что сразу после благословения ребе начинает раздавать по кусочку хасидам.

Эта мистическая церемония раздачи хлеба существует уже тысячи лет и существенно не изменилась со времен Тайной вечери (только плоская ближневосточная лепешка превратилась в пышную халу).

В некоторых «дворах» ребе благословляет не метровую булку, а 12 хал обычного размера. Число это связано с 12 коленами Израиля. Сразу после произнесения благословения хасиды расхватывают булки – в этом соревновании на верность лидеру выигрывают наиболее ловкие и быстрые. Счастливчики на месте всю добычу не съедают, отвозят немного семье или друзьям.

Затем «праведнику» подают рыбу (кстати, не обязательно традиционную фаршированную «гефилтэ фиш»). Достаточно искушенный в каббалистических премудростях ребе обязательно начнет свою трапезу с того, что съест рыбий глаз. По представлениям хасидов, после смерти души праведников переселяются в глаза рыб – как известно, эти глаза никогда не закрываются, символизируя собой «айна пкиха» (на арамейском – «Недреманное око Господа»). Кроме того, рыбы в иудаизме считаются безгрешными существами – недаром они, как и праведник Ной, не пострадали во время Всемирного потопа.

На хасидские трапезы собирается столько народу, что яблоку негде упасть. Фото Reuters

После того как ребе съест немного рыбы, начинается церемония раздачи «шираим» – остатков. Ребе по очереди подзывает к себе хасидов и каждому дает по кусочку рыбы.

Раздача остатков еды, благословленной ребе, имеет глубокое символическое значение. «Человек есть то, что он ест», – гласит древний афоризм. Раздавая пищу, ребе как бы раздает часть своей праведности ученикам – подобный обычай просматривается и в христианском таинстве пресуществления хлеба в плоть Спасителя.

Говорят, что основатель одного из направлений хасидизма, Бояновский ребе, имел обыкновение потчевать своих последователей бульоном, поднося им по ложке жидкости. Особо ретивые хасиды ложку еще и облизывали. Не знаю, я этого не видел.

Зато был свидетелем того, как глава хасидского двора «Шомрей эмуним» («Стражи верующих») после трапезы раздавал фрукты. Когда со стола были убраны все остальные блюда, перед ребе поставили большой поднос с яблоками. Ребе стал брать их по одному и... бросать в толпу последователей.

Одно из яблок упало прямо мне на шляпу.

– Бери, это – благословение! – сказал мне сидевший по соседству хасид.

Об этом угощении из рук ребе я в очередной раз вспомнил вечером 9 сентября во время праздничного застолья на еврейский Новый год, Рош-а-Шана, когда по древнему обычаю обмакивал дольку яблока в мед и мечтал о том, чтобы наступающий 5771 год от сотворения мира был сладким, как сон праведника.

Иерусалим