0
1780
Газета Кино Печатная версия

05.04.2012 00:00:00

Полюби чекиста

Тэги: кино, премьера, война, чк


кино, премьера, война, чк Главные герои премьеры!
Фото Рустама Юсупова

Экранизация «Шпионского романа» Бориса Акунина была доверена дебютанту, ученику Владимира Хотиненко Алексею Андрианову. Такие «тылы» редко какому начинающему режиссеру обеспечены: картина делалась силами телеканала «Россия», студии «ТРИТЭ» Никиты Михалкова при поддержке Фонда кино. Получилось нечто неожиданное. Лучше других жанр этого фильма определил исполнитель одной из двух главных ролей Федор Бондарчук: «Андрианов преподносит «Шпионский роман» как русский комикс, основанный на символах, образах, легендах советской эпохи».

Это действительно фантазия, сказка – и не только о доблестных чекистах Алексее Октябрьском (Федор Бондарчук) и Егоре Дорине (Данила Козловский), но и о Москве 1941-го, о том, почему-таки началась война. Сильней всего поражает среда, в которой эта сказка разворачивается. Это не просто Москва, которой больше нет. Это Москва, которой и не было никогда. Герои перемещаются по тому городу, что должен был возникнуть в соответствии со сталинским генпланом. Великий вождь, по версии авторов фильма, принимает посетителей не где-нибудь, а на балконе Дворца советов – того самого, с гигантским изваянием Ленина вместо шпиля. За каждым поворотом взмывают вверх высотки, мощные колонны, громоздятся гипсовые рабочие и колхозницы… И не разберешь до конца, что это – пастиш или серьезное благоговение перед большим советским стилем. И так, кстати, во всем: ирония (да игра это, ребята, игра!) приправлена эффектом 25-го кадра, в котором последовательно складывается образ хорошего чекиста. По поводу предыдущего фильма из амбициозного ряда проектов замечательно высказался один мой коллега: «Август. Восьмого» – сеанс одновременной игры со зрителем и заказчиком, автопортрет художника в двойственности». Вот и «Шпион» сделан так, что не подкопаешься ни с той стороны, ни с другой.

Разве не государственной важности задача создать легкоусвояемую версию начала войны как следствия козней зарубежной разведки? Завербованный английскими спецслужбами майор Коган (Владимир Епифанцев) заморочил голову наркому госбезопасности, тот – самому вождю. Вождь расслабился и бойцам на границах скомандовал: «Отбой!» А ведь бдительные Октябрьский и Дорин столько сил положили, чтобы разоблачить коварного Когана, уже даже расшифровали роковое письмо с точным указанием даты и времени начала войны – 22 июня, 4 часа утра. А родные органы их взашей...

Премьера «Шпиона» случайным образом совпала с дискуссией, развернувшейся в СМИ вокруг продажи школьных тетрадей со Сталиным на обложке. В фильме вождя сыграл Михаил Филиппов. Его герой вознесен над московской суетой, скрыт за облаками на бог знает каком этаже Дворца советов. Ничего в нем нет зловещего, он сама мудрость и спокойствие. Ну, подвела интуиция, напал Гитлер раньше, чем ожидалось, но в главном-то векторе прав был вождь: кругом враги. Этот тезис вообще двигатель сюжета. Враги растворены в толпе, замаскированы под служащих органов. И не столько физическая ловкость делает Октябрьского и Дорина супергероями, сколько их уникальная способность вычислять, «вести» врагов. Они ведут незримый бой (впрочем, для публики он очень даже зримый – с погонями, драками, перестрелками и пр.), без них мир просто рухнет, как рухнул он 22 июня в 4 часа утра, после того как им не дали довести операцию.

Когда пытаешься понять, сформулировать, что же все-таки мешает принять «Шпиона», эту оригинальную попытку говорить с современным зрителем об истории на современном языке, приходишь к выводу, что причина в нашем генетически сакральном отношении ко всему, что связано с той войной. Потому вызывают оторопь некоторые фильмы последних лет, в которых желание быть современными побеждает какой-то такт в отношении к трагедии. Кстати, для Данилы Козловского «Шпион» стал третьим опытом в такого рода кино, до фильма Андрианова были фэнтези «Мы из будущего» и комедия «Пять невест». Наверное, мы присутствуем при заходе на новый виток общественного сознания, когда Вторая мировая уже отдалена во времени, уже нет живых бабушек и дедушек-фронтовиков, и можно легко фантазировать на тему войны, творить мифы и играть на них же. Но ведь и раньше историю «дописывали» как хотели – скажете вы. Например, в одиозном «Падении Берлина» Михаила Чиаурели, где Сталин, опять же весь в белом, прилетал в поверженную столицу Германии и сходил по трапу в народ. Да, снимали такое кино. В 1949 году. Средств на него не жалели в послевоенной стране, потому что оно призвано было формировать правильный образ отца нации. Натяжкой было бы сказать: принцип возрождается. Чтобы мы так не сказали, авторы «Шпиона» предусмотрительно облекли свое детище в нарочито фантастические, отвлеченные формы. Чекисты-патриоты, которым ничто человеческое не чуждо – да наверняка и такие были. И есть. Но что-то сопротивляется самой идее экшена, детектива с изрядной комической составляющей на материале предвоенных дней 1941-го, да еще когда герои – сотрудники органов госбезопасности.


Комментарии для элемента не найдены.

Читайте также


Нелегалы грозят обрушить рейтинги президента США

Нелегалы грозят обрушить рейтинги президента США

Данила Моисеев

Суд не позволил Байдену отменить решения Трампа по мигрантам

0
490
В Синьцзяне посланцам ООН покажут потемкинские деревни

В Синьцзяне посланцам ООН покажут потемкинские деревни

Владимир Скосырев

Китай требует от Бачелет беспристрастности и объективности

0
468
Антикризисные меры правительства концентрируются вокруг импорта

Антикризисные меры правительства концентрируются вокруг импорта

Анастасия Башкатова

Основой продовольственной безопасности России были закупки за рубежом

0
630
Херсонщина обменяет гривны на рубли по твердому курсу

Херсонщина обменяет гривны на рубли по твердому курсу

Иван Родин

Россия ускоряет финансовое, правовое и политическое проникновение в Украину

0
520

Другие новости