Тридцать лет спустя

Большой драматический театр имени Г. А. Товстоногова вновь обратился к комедии венгерского драматурга Иштвана Эркеня «Кошки-мышки», поставленной Юрием Аксеновым на малой сцене в 1974 году и шедшей несколько сезонов с неизменным успехом. Пьеса эта, как говорится, самоигральная, с бенефисными ролями, в которой блистали в те годы Зинаида Шарко и Людмила Макарова.

С тех пор минуло более трех десятилетий, и мы снова видим этих актрис. Как же изменился спектакль! Из прелестной комедии положений он превратился в лирический, не побоюсь сказать, исповедальный диалог двух больших актрис, что не умаляет достоинств остальных участников спектакля. Татьяна Бедова и Юрий Мироненко играют прежние роли, а Ирина Комарова, играющая молодую женщину, теперь выступила в возрастной роли.

Сюжет раскрывается через письма двух сестер, духовно близких друг к другу, которых судьба развела по разные стороны. Эржбет (Зинаида Шарко) живет в послевоенном Будапеште. Овдовев, она с трудом сводит концы с концами, сдавая комнаты. Старшая сестра Гиза живет в семье преуспевающего сына в Германии. К ней приставлена медсестра, вывозящая ее в инвалидной коляске на прогулку в парк, где она кормит лебедя, своего единственного, но молчаливого собеседника. Людмила Макарова, несмотря на годы своей героини, очаровательна и по-прежнему разумна. Ее письма полны наставлений взбалмошной младшей сестре, за которыми чувствуется глубокая, острая тоска одинокого, никому не нужного человека. Актриса вкладывает в эти письма столько изящного юмора, очаровательных сарказмов в адрес непутевой сестры, что они звучат, как знаменитые письма маркизы де Севинье к дочери. Она и сама похожа на маркизу в отличие от слишком темпераментной сестры, способной выскочить на улицу в одной туфле и затеять скандал с молочницей.

Зинаида Шарко не сгущает краски, играя комическую старуху, живущую одним днем, когда ее престарелый возлюбленный, некогда знаменитый певец, ныне пенсионер, придет к ней обедать. Ею нельзя не любоваться, хотя она совершает промах за промахом, но всегда ведет себя героически, хотя ее героизм порой вызывает улыбку.

Художник Эдуард Кочергин поместил ее в обстановку, которая более говорит об ее характере, нежели о материальном положении. Стены убогой комнаты увешены дорогими ее сердцу фотографиями. Эти фотографии – еще один партнер актрисы: они оживают не столько оттого, что их высвечивают в нужный момент, а потому, что о них рассказывает их владелица.

Это комедия с любовным треугольником. Хищница-подружка уводит от Эржбеты того, кого она любила всю жизнь. Для всех Виктор Чермлени, бывшая оперная звезда, – смешной толстяк. Героиня Шарко это знает, но для нее он – олицетворение молодости, счастья, которое она испытала с ним, хотя изменяла мужу. Актриса не скрывает, что ее героиня далеко не идеальна. Виктор (Андрей Шарков) – симпатичен, добродушен, явно не умен. Драматургия позволяет актеру, что называется, показать себя, и нужно отдать должное его такту, он этого не делает, понимая, что его персонаж только в другом спектакле мог бы занять большее место. Мать (Марина Адашевская) Виктора выглядит его ровесницей. В отличие от сына она вела размеренную жизнь, руководствуясь здравым смыслом, мешающим ей понять и принять сердцем возлюбленную сына, так не похожую на нее. Ее пространный монолог, обращенный к несостоявшейся невестке, – сплошные трюизмы. Великолепен дуэт ее с безмолвной Эржбет – Зинаидой Шарко. Героиня Марины Адашевской переняла начальственный тон партийных чинуш, отчитывая потерявшую голову от измены Виктора Эржбет.

Екатерине Толубеевой (Паула), подружке-предательнице, которая увела от героини возлюбленного, не довелось видеть первой редакции спектакля. Однако она органично вошла в спектакль. Ее Паула насквозь фальшива, и только идеалистка Эржбет не замечает, что все, что та изрекает, а она не говорит, а изрекает, банально и неискренне. Бедная мышка Эржбет очень быстро попадает в ее топорно сработанный капкан. И остается наедине с другой мышкой, своей квартиранткой, милой одинокой молодой женщиной (Татьяна Бедова).

В финале непритязательная мелодрама превращается в драму, хотя, следуя законам комедии, как снег на голову, на переживающую любовную катастрофу Эржбет сваливается ее сестра Гиза, сбежавшая от своего благополучного существования в Германии в коммунальную квартиру сестры. Людмила Макарова и Зинаида Шарко существуют наперекор законам мелодрамы: обеим актрисам есть, что сказать публике. Они возвращаются друг к другу, на свою духовную родину, символ которой – их детство в поместье на родной земле. Актрисы сливаются со своими героинями и перестают быть персонажами венгерской пьесы.