Сентябрьский скандал в учебном центре «Сельцы» между министром обороны Анатолием Сердюковым и начальником Рязанского высшего командного училища ВДВ полковником Андреем Красовым, о котором писала «НГ» (№ 226 от 19.10.10, № 228 от 21.10.10 и № 231 от 25.10.10), а также «НВО» (№ 40 от 22–28.10.10), получил неожиданный резонанс.
В военном ведомстве, как сообщают информационные агентства, приняли решение не проводить в ноябре запланированное заранее третье Всеармейское совещание офицеров армии и флота, посвященное формированию корпоративной этики командного состава. Понятно, что в такую этику никак не вписываются те «стандарты», которые продемонстрировали общественности министр и один из его подчиненных. К тому же Герой России. Возник естественный вопрос, как добиться строгого следования высоким моральным и нравственным принципам, основанным на требованиях воинских уставов и уважении прав человека и военнослужащего (подразумевая, что человек и воин – одно и то же), как показывать пример в соблюдении таких норм, если высшие должностные лица армии и флота демонстрируют противоположные этические качества?!
В Минобороны мгновенно поняли, что случай в Сельцах мало того что ставит вопрос о человеческих качествах руководителя военного ведомства, но и подрывает все титанические усилия по проведению столь трудной и непопулярной в обществе, и в первую очередь среди ветеранов, военную реформу. Спасти авторитет Сердюкова для них стало синонимом спасти реформу. Для этого на встречу с министром срочно были собраны ветераны вооруженных сил из Службы генеральных инспекторов, маршалы и генералы армии, которые, кстати, в дополнение к своей пенсии получают неплохие оклады из военного бюджета. Как в этом случае, несмотря на сложности и противоречия, которые кипят в ветеранской среде, не поддержать министра?! За ветеранами на очереди оказались руководители и члены политических фракций, работающих в Государственной Думе, их тоже стали убеждать в правильности военной реформы и курса, который недрогнувшей рукой проводит Анатолий Сердюков.
Более того, заместители и помощники Сердюкова пошли на вообще беспрецедентный шаг. Они потребовали от одного из телевизионных каналов переснять и выпустить в эфир другую программу, посвященную реформам в армии и на флоте, вместо широко разрекламированной на том же канале и в периодической печати версии, где о нововведениях команды министра обороны некоторые ведущие военные эксперты и журналисты высказывались остро критически. О силе и степени таких требований можно судить по тому, что программу действительно пересняли с другими экспертами, не столь критично настроенными к нынешнему руководству силового ведомства. Правда, перед этой программой показали такой документальный фильм об ужасах дедовщины и беспредела, процветающих в вооруженных силах, что весь последующий разговор в студии стал похож на беспомощный оправдательный лепет. И даже присутствие на этом разговоре генерал-полковника из Генерального штаба не смогло спасти ситуацию.
Безусловно, еще ни один человек и его команда, проводящие весьма болезненную, но крайне необходимую обществу и армии коренную реформу, ломку устоявшихся консервативных представлений, не удостаивался за это массовых одобрительных аплодисментов. И наивно надеяться, что их может получить Анатолий Сердюков, взявший на себя нелегкую, неблагодарную, но крайне необходимую ответственность придать нашей армии новый, перспективный облик, соответствующий требованиям ХХI века. Наверняка он знал, что на этом пути его ожидают не розы, а шипы. Но кто-то должен был делать то, что не без ошибок начал и делает он. Только вот беда – проводя такую трудную работу, самому нужно оставаться безукоризненным. Хотя бы в морально-нравственном отношении. Это, к сожалению, получается не всегда.
Надежда Мельникова 
