Кружение на площади Борьбы

В день, когда на пресс-конференции в Кремле звучало имя Омара Хайяма, в московском этническом клубе «Inbi» чествовали другого великого поэта средневекового Востока. Писателю, мыслителю и проповеднику Джелалэддину Руми в нынешнем году исполняется 800 лет: по этому случаю ЮНЕСКО даже учредило Год Руми. В Турции, Иране, Таджикистане, Афганистане (эти страны считают Руми своим национальным классиком) пройдут по-восточному пышные юбилейные мероприятия, состоятся научные конференции, выйдут книги.

Одна уже вышла – именно ее презентовали в клубе на площади Борьбы, что близ памятника другому бесприютному писателю, Венедикту Ерофееву. С книгой «Суть Руми» история получилась такая. Сначала стихи Руми перевел с фарси на английский (пользуясь подстрочником) американец Колман Баркс. Перевел, отказавшись от сложной восточной метрики, не слишком заботясь о букве. Переложения Баркса неожиданно вызвали в англоязычных странах настоящий бум: книги Руми раскупались как горячие чебуреки, песни на стихи восточного мудреца распевал хор голливудских знаменитостей. К своему удивлению, либеральные американцы обнаружили, что в исламском мире бывают не только терроризм и отрицание холокоста, но и высокая внеконфессиональная поэзия. Несколько лет назад стихи Руми в английском переводе попались живущему в Америке россиянину Сергею Сечиву. Восхитившись ими, он задумал создать книгу Руми на русском. Средневековый гений подвергся энергичной русификации, включая «испытание» пушкинским пятистопным ямбом┘ И вот толстый том избранного Руми вышел в Москве, в издательстве «Гаятри». Переводы, прямо скажем, небесспорные с точки зрения русской версификации, но факт есть факт: впервые этот восточный поэт и мистик предстал перед отечественным читателем в таком внушительном объеме.

На презентации особенно нажимали на универсализм и гуманизм Руми. То есть на то, чего не хватает сегодня исламскому Востоку (по версии западных масс-медиа). Востоковеды говорили о необыкновенной способности Руми преображать будничные события в божественные стихи. О своем давнем знакомстве с переводчиком книги вспоминал поэт Аркадий Штыпель. Исполняющий обязанности посла Афганистана в России Гулан Сахи Гайрат с такой мрачной экспрессией рассказывал о чингисхановском нашествии, обрекшем Руми на изгнание с родины, что казалось – речь идет как минимум о войне с Талибаном. «Он владел многими языками – персидским, турецким, арабским, греческим, но писал только на языке человеческого сердца, – умиротворенно заключил г-н Гайрат. – Он общался с сильными мира сего, но сердце его улавливало все ритмы простого человека».

Справедливость этих слов подтвердили ритмы традиционной восточной музыки в исполнении представителей афганского сообщества. А самые стойкие гости презентации смогли поучаствовать и в обряде суфийского кружения.