Чревомогущий

Времена античности, казалось бы, бесконечно далеки от современного читателя. С одной стороны, мы признаем значимость античной литературы, чтим творчество Гомера. С другой – для многих из нас многообразие древней драматургии, поэзии, философских трактатов, к сожалению, остается во временах школы или института. Впрочем, образованному человеку вовсе не обязательно запоминать все события античной истории, достаточно лишь периодически обращаться к наследию наших предшественников. В серии «Пространство перевода» издательства «Водолей» вышла поэма Иосифа Эксетерского «Илиада». Автор перевода, вступительной статьи и комментариев – известный писатель, поэт, филолог и переводчик Роман Шмараков.

История создания произведения Иосифа Эксетерского крайне интересна. Частично она изложена во вступительной статье «Иосиф Эксетереский и его сочинения». Иосиф Эксетерский (он же Дарет Фригийский) родился около 1160 года в Англии. Именно перу этого высокообразованного человека «из низов общества» принадлежит текст поэмы (начало 1180-х годов), находящейся в промежутке между сочинениями Гомера, Вергилия, Чосера и Шекспира. Несмотря на отдельные отсылки к поэме итальянского историка Пастренго, философа-гуманиста Колюччо Салютати, до второй половины XIX века об «Илиаде» Эксетерского мало кто знал, а ее автора считали «литературным призраком». Средневековый книжник, не знающий греческого языка, изучал историю Троянской войны по целому ряду разрозненных источников, но в своей поэме мало следует букве оригиналов, с вдохновением поэта и въедливостью историка создавая собственную трактовку «Илиады».

Современные историки спорят даже о таких с виду незначительных вещах, как об отношении Иосифа Эксетерского к язычеству. В итоге удалось вычленить целых пять типов отношения к язычеству в «Илиаде»: историзм как констатация факта, скептическое отношение, положительное отношение к предсказаниям и отказ от скептицизма, эпизодическая метонимия и, наконец, полноценное признание языческой мифологии. Подобная сложнейшая множественность точек зрения в одном небольшом произведении заставляет вспомнить о творчестве современных модернистов и постмодернистов.

Лингвисты также неоднократно исследовали сочинение Иосифа Эксетерского, находя в нем детали, любопытные с точки зрения языка. Так, Иосиф Эксетерский склонен к риторике, иногда даже в ущерб поэтическому воображению, хотя и обладает запалом молодого Пиндара с его «взрывами мощного и пылкого витийства» (по меткому выражению историка Седжвика). Автор не боится и композитов – сложных слов, содержащих в своем составе две (или более чем две) корневые морфемы: «чудищеродный», «чревомогущий», «звездоскитальный», «горетворный». Язык поэмы причудлив, красочен, а слова из лексикона автора необычно «ложатся на ухо» читателю нашего времени:

Звездоскитального уж провела

по условленным метам

Феба, отмерив трудов дважды

шесть, круговерть годовая,

И соступились полки. Один

не выходит на сечу

Муж Эакид; один не

сражается, ропща, что брани –

Спона желаньям его. Других

Навплиад понуждает

Биться – и счастливый знак

для сопутных ему ратоборцев –

На Денфоба напал он

натиском первым: метнувши

Дрот, ему оба виска прободал,

кончину вторую

Дав фригийску царю

оплакать…

Резюмируя, можно сказать, что поэтическое переложение «Илиады» Иосифа Эксетерского является не только ценнейшим историческим документом, но и занимательным литературным сочинением, предоставляющим читателю возможность погрузиться в своеобразный мир и взглянуть на события, описанные еще античными авторами, глазами средневекового автора.