Владимир Терлецкий Активисты группы «Экозащита» в четверг пикетировали генеральное консульство Германии в Екатеринбурге. Они протестовали против ввоза на Урал обедненного гексафторида с немецкого завода в Гронау, который проходит процесс дообогащения в городе Новоуральске.
Молодые люди, участвовавшие в акции, держали лозунги «Урал – не помойка Европы», картинно ложились на землю в лужу воды и дефилировали в комбинезонах химзащиты и противогазах. Присоединившиеся к пикету яблочники принесли с собой более «экстремистский» плакат: «Нам чужого г. не надо».
Как утверждает координатор группы «Экозащита»-Екатеринбург» Ольга Подосенова, «помимо риска ядерных транспортировок есть еще и моральный аспект: никто не должен экспортировать свои радиоактивные проблемы за границу».
По данным экологов, после дообогащения «урановых хвостов» примерно 10% от объема импортируемых отходов обогащается до состояния природного урана и отправляется обратно в Германию. Остальное остается в России для бесплатного захоронения: если бы компания URENCO, которой принадлежит завод в Гронау, хоронила отходы сама, стоимость ее продукции возросла бы в пять раз. Поэтому Россию, полагают экологи, допустили в этот бизнес только при условии оставления у себя «урановых хвостов». По подсчетам «Экозащиты», в нашей стране дополнительно появится до 900 тонн радиоактивных отходов.
Между тем заведующий кафедрой атомной энергетики Уральского политехнического института Сергей Щеклеин заверил корреспондента «НГ», что груз, ввозимый в Россию, нельзя называть отходами, потому что отходами называют вещество, подвергшееся облучению. Немцы же поставляют нам отвалы, которые они не могут обогатить глубже: в процессе переработки радиоактивность руды уменьшается, а не растет. Поэтому, полагает ученый, радиоактивность немецких отвалов ниже, чем золовые отвалы Рефтинской ГРЭС, поскольку уголь, сжигаемый в топках, в природе соседствует с торием.
Оценить транспортные риски уральские ученые затрудняются. По словам заведующего лабораторией института «Промэкология» Уральского отделения РАН Ильи Ярмошенко, процесс транспортировки опасен, но ничуть не более, чем перевозка хлора или другого химического вещества: «Если состав опрокинется, скажем, на центральную улицу города, то проблемы будут большие, но если в лесу, то последствия аварии можно будет локализовать достаточно безболезненно». Радиоактивного загрязнения, по мнению Ярмошенко, не будет. К тому же жесткие требования к перевозке Росатома позволяли пока избегать тяжелых последствий от перемещения опасного груза.
Екатеринбургских пикетчиков почтил своим присутствием вице-консул Германии Макс Мюллер, которому экологи передали обращение к немецким властям прекратить экспорт радиоактивных отходов. К заявлению россиян присоединился альянс немецких антиядерных организаций, заблокировавший несколько дней назад поезд на вокзале одного городка. Макс Мюллер пообещал передать обращение в посольство Германии в России для проверки фактов, изложенных в петиции экологов. От себя вице-консул добавил, что факт транспортировки радиоактивного груза ни для кого не был тайной и наверняка уже рассматривался компетентными органами.
Ольга Подосенова посчитала задачу пикета выполненной и пообещала продолжить подобные акции.
Екатеринбург
