Владимир Терлецкий Управление Федеральной антимонопольной службы по Свердловской области сейчас рассматривает жалобу ряда страховых медицинских организаций (СМО) на конкурентов, составивших рейтинг компаний на основе данных Территориального фонда обязательного медицинского страхования (ТФОМС). Под сомнение ставятся официальные данные об усилиях СМО, направленных на защиту прав пациентов. Успехи компаний на этом поприще, прямо скажем, не впечатляют.
Разбирательство, и в особенности решение, которое примет УФАС, наверняка скажется на взаимоотношениях граждан и лечебных учреждений. Ведь в федеральном правительстве давно лежат проекты реформирования медицинского страхования, и, как говорят эксперты, единой точки зрения на будущее отрасли пока не выработано. Одни реформаторы предлагают убрать в ОМС промежуточное звено – страховые компании якобы ничего не делают и лишь передают деньги от ТФОМСа в больницу, оставляя себе «на ведение дела». Другие, соглашаясь, что большинство СМО тратят маржу не по делу, убеждены, что вывод страховых компаний из ОМС сделает пациентов совсем бесправными перед лечебными учреждениями. Как полагает эта часть реформаторов, нужно лишь заставить СМО конкурировать за страхователей, повышая тем самым ответственность больниц за качество лечения. В Свердловской области два взаимоисключающих подхода и привели к противостоянию в антимонопольной службе.
Сегодня часть СМО свою маржу тратит на содержание юристов и экспертов, которые отстаивают права застрахованных в судах. Вторая группа страховщиков тратит свои усилия на то, чтобы убедить государственные органы в том, что обращение в суд свидетельствует о низкой квалификации СМО, которая не может «договориться» с лечебным учреждением. Ну а медики приветствуют такую сговорчивость страховщиков и платят им тем, что прикрепляют свой персонал к «правильным» СМО, улучшая тем самым их экономические показатели.
Однако, видимо, сегодня этого недостаточно: немалый ресурс, которым располагают учредители крупных страховых компаний, решено бросить на то, чтобы информация об имеющихся нарушениях со стороны больниц не выходила дальше страховщиков. С точки зрения бизнеса это объяснимо: борьба за потребителя требует больших затрат, но при нынешнем уровне коррупции совершенно не гарантирует положительный результат. С точки зрения пациента объяснить подобное невозможно: все мы знаем, как трудно получить грамотную медицинскую экспертизу и заставить врача отвечать за результаты своего труда.
Пока добиться внятной оценки работы врача может только эксперт страховой компании. Казалось бы, государство должно быть заинтересовано в поддержке тех СМО, которые борются за потребителя, в том числе и привлекая экспертов. Но поддержки такие страховые компании пока не ощущают.
Причина, считают эксперты, может заключаться в том, что у нас в стране никто не заинтересован в том, чтобы пациентов качественно лечили. Как никто не заинтересован и в том, чтобы деньги из бюджета тратились по назначению. Не секрет ведь, что именно медицинские страховщики могли бы быть квалифицированными контролерами эффективности использования средств бюджета. Но, подозревают эксперты, квалификация здесь, очевидно, и не нужна. А раз так, то зачем тогда и страховые компании, которые «отщипывают» средства от ФОМСа?
По прошествии лет, потраченных на реализацию национального проекта «Здоровье», можно сделать вывод: бесконтрольная медицина, которая поставлена в условия зарабатывания денег, опасна для здоровья конкретного человека и нации в целом. Капитализм в здравоохранении невозможен при нынешнем уровне коррупции, он может существовать при условии либерализации рынка страховых услуг и снижения роли административного ресурса при принятии решения. Предложения на этот счет у участников рынка имеются. Государству только надо захотеть услышать своих граждан.
Дарья Гармоненко 