0
3189
Газета Стиль жизни Печатная версия

03.06.2020 18:22:00

Спички, презервативы и бюстгальтер. О сложностях измерения важных предметов в условиях карантина

Роман Михеенков

Об авторе: Роман Валерьевич Михеенков – режиссер, сценарист, писатель.

Тэги: карантин, писатель, художник, книга, женщина

Все статьи по теме "Коронавирус COVID-19 - новая мировая проблема"

20-16-1350.jpg
Иногда интимная деталь женского туалета
играет стратегически важную роль. 
Фото Елены Семеновой
Злодейка судьба возвела стену карантина между друзьями – известным гениальным художником и относительно приличным, но пока не очень известным писателем. До изоляции художник создавал реальности культовых фильмов и спектаклей, удивительные перформансы и потрясающие картины. Писатель трудился по основной специальности – режиссером: ставил спектакли, снимал кино, рекламу и все, что снимается на видео. Карантин обоих лишил возможности работать в непосредственном контакте с людьми. В том числе друг с другом. Но может ли принудительная изоляция остановить процесс сотворчества?

Работа над обложкой книги не очень известного писателя открыла для друзей небольшое окошко, скорее форточку в глухой стене карантина. Недели напролет рождались и умирали концепции. Создавались и исчезали галактики. Генерировались и растворялись в спорах безумные идеи. Пластически выразить идею «Слова и музыка» оказалось очень просто и чрезвычайно сложно, чтобы при этом обоих это устроило. Перегрызание глоток сменялось дружескими объятиями, мгновенно переходящими в попытки удушения. Иногда казалось, что карантин спасает их жизни, вживую они бы давно поубивали друг друга. В конце концов, глубоко вдохнув, чтобы произнести финальное проклятие, писатель замер: на пюпитре у кофейного столика стоял рисунок его друга, недавно подаренный им на день рождения.

– …Ты гений! Вот он! – Нечаянная радость вложила в уста писателя несколько непечатных слов, но смысл их был исполнен творчества и восторга.

– …Что «он»?! – Художник уловил интонацию, и его брань была полна нетерпения.

– Рисунок на обложке! – Писатель готов был расплакаться.

– Не понял?!

– Твой подарок!

– Срочно пришли фото!

– Уже!

– Согласен! Да, это мы и искали. Слова и музыка, – отреагировал художник на собственную работу.

Что это было? Мудрость Вселенной, предвидение гения или так встали звезды? Художник создавал этот рисунок в тот момент, когда писатель заканчивал книгу. И подарил его автору, когда речи об обложке еще не шло.

Рисунок был выполнен на квадратном листе картона. Оставалось растянуть фон фотографии, чтобы сверху поместилось имя писателя, а снизу название книги.

– У тебя какой формат? – поинтересовался художник.

– В смысле?

– Высота, ширина, толщина. В сантиметрах.

– Не знаю, пока это рукопись. Могу сказать в авторских листах, – растерялся писатель.

– В авторских … – срифмовал художник, порекомендовав не самый привычный инструмент для измерения длины.

– Это очень нестабильный прибор, – возразил автор.

– Хорошо, возьми нашу с тобой предыдущую книгу.

– Она у тебя тоже должна быть.

– Уже искал – зачитали или сперли. Возьми свой экземпляр и измеряй его линейкой или рулеткой.

– У меня нет ни того, ни другого, – сказал автор и взял с полки уже готовый продукт их совместного творчества.

– Тааааак… Спичечный коробок есть? – В интонациях художника появились первые нотки ярости.

– Зажигалка… Не поможет. Они все разные.

– …Найди что-нибудь, что у всех одинаковое, и перезвони.

– Что именно?

– Не знаю, какую-нибудь бытовую ерунду, – посоветовал художник.

Писатель начал поиски «золотого стандарта» со своего письменного стола. Сточенные карандаши, пресс-папье и перекидной календарь он отверг сразу. Рамка в стиле модерн с фотографией сына тоже не подходила. Можно было положить книгу на клавиатуру ноутбука и сфотографировать, но у художника был ноутбук другой модели, писатель это помнил. Бронзовый бюст Пушкина с едва заметной ухмылкой смотрел на упаковку презервативов, будто напоминал, что вечером, наплевав на вирус и карантин, к писателю придет трепетная скрипачка. Их третье свидание, первые два были умопомрачительны. В ней удивительным образом сочетались страсть и хрупкость. Эврика! Поблагодарив бюст великого поэта за идею, писатель набрал телефонный номер художника:

– Ты предохраняешься?

– Если ты про намордник от вируса – то нет, если про секс – непременно. Что конкретно тебя интересует?

– Второе, – уточнил писатель.

– Уже интересно. Заинтриговал. Давай подробности.

– У презервативов стандартная квадратная упаковка! Мы можем приложить…

– Подожди секундочку. Огорчу тебя, дорогой друг, мои упакованы в некое подобие пулеметной ленты. Бесконечная, как моя любовь к женщинам, череда прямоугольников, – описал художник упаковку своих средств защиты.

– Понял, перезвоню.

Для вдохновения писатель включил Второй Бранденбургский концерт Баха и продолжил поиски. Можно было попробовать соотнести размер книги с виниловой пластинкой, но художник скачивал музыку из интернета. И в целом музыка показалась не самым лучшим пространством для существования стандартных предметов. Только кабинетный рояль имел стандартные клавиши. Ухмылялся, сволочь, черно-белой челюстью, будто издевался. Рояля у художника точно не было.

Спальня отпала сразу. Что может быть общего в двух разных спальнях? Все слишком личное и нестандартное. «Нельзя войти в одну и ту же спальню дважды», – подумал писатель, решил, что родил гениальную мысль, записал ее в блокнот.

На кухне мысль перестала казаться гениальной, он нервным движением вырвал листок, превратил его в горсть конфетти и отправил в ведро. Даже ведро имело форму овала. Тьфу! Приборы, тарелки, стол, шкафы, люстра… Кухня звучала гимном нестандартности, заглушающим музыку Баха. Писатель начал проклинать себя за чрезмерную любовь к модерну.

– Я в тупике. Не могу найти ничего такого, что было бы у всех, – пожаловался он художнику. – Может быть, тебе попробовать? Давай, ты будешь называть окружающие тебя предметы, а я искать их у себя.

– Я лежу, на мне спит пес. Сам понимаешь, разбудить его подобно преступлению. Могу только вертеть головой.

– Верти.

– Бронзовый канделябр, старинная чернильница, этюдник, контрабасы – пять штук, но они под потолком, я без посторонней помощи не дотянусь, картина, скульптура, картина, макет декорации, картина, о, вот эта очень удачная, – перечислил художник первое, что увидел.

– CD-диски есть? – вспомнил писатель о наиболее распространенном явлении, у самого они точно где-то были.

– Не держу, это прошлый век. Кстати, у тебя в смартфоне должна быть рулетка, – вспомнил художник об окружающей цифровой реальности.

– Рулетка есть, только ей пользоваться не умею, меня сын пробовал научить, но я, видимо, тупой.

– Кресло XlX века – две штуки, бюро того же века – одна штука, красивое, ведерко для шампанского, – продолжил художник экскурсию по своей мастерской. – У тебя есть ведерко для шампанского?

– Сейчас! – Писатель быстро вернулся на кухню, сфотографировал ведерко для шампанского и переслал другу. – Смотри!

– …У меня другое. Кстати, мне твое больше нравится.

– Что ты еще видишь?

– Мне стол загораживает обзор, а из видимого – ничего стандартного. Коровья шкура, внутренности органа, ваза, кстати модерн, в твоей квартире здорово бы смотрелась, но не отдам.

– Придется отложить до завтра, ко мне сейчас придут, – вспомнил писатель о трепетной скрипачке, не страшащейся вируса.

– А карантин? – удивился художник.

– Настоящая любовь не знает карантина.

– А-а-а-а. Попроси ее по пути купить коробок спичек.

– Это как-то неромантично. И поздно, – писатель взглянул на часы. – Она уже рядом, а магазинов в округе нет.

– А могли бы завтра отправить макет в типографию, – надавил художник на больную мозоль.

– Купидон, мой друг, распорядился иначе, – ответил писатель одинокому из-за карантина другу.

– Это отравит тебе секс. Все время будешь думать о книге. Каждую секунду, – пообещал мстительный художник.

Ближе к полуночи утомленные и счастливые писатель и трепетная скрипачка устроились у камина с бокалами вина. Он не мог оторвать от нее взгляда. Тонкая, нежная… Говорили о музыке и литературе. Писатель пообещал посвятить своей возлюбленной новый роман и поведал историю измерений параметров последней книги.

– Разве это проблема? – Девушка взяла книгу, положила ее рядом со своим бюстгальтером и улыбнулась. – Можешь фотографировать и отправлять.

– То есть… – растерялся писатель.

– Я у него пару месяцев назад такой же забыла, пришлось новый купить. 


статьи по теме


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Пандемия опять выходит из-под контроля

Пандемия опять выходит из-под контроля

Данила Моисеев

После повсеместного снятия карантина во многих странах возвращаются к ограничительным мерам

0
1230
Пчелки от Зюганова. Сказ о том, как лидер КПРФ себя и партийцев утешает

Пчелки от Зюганова. Сказ о том, как лидер КПРФ себя и партийцев утешает

Фалет

0
805
Под COVID-фильтр для гастарбайтеров попали соотечественники

Под COVID-фильтр для гастарбайтеров попали соотечественники

Екатерина Трифонова

Людям с положительным тестом власти отказывают в принадлежности к "русскому миру"

0
1565
Кто кого оживляет?

Кто кого оживляет?

Анна Горская

Философы и художники вглядываются в искусства будущего

0
156

Другие новости

Загрузка...