Арман Джилавян ФАКТИЧЕСКИ неудавшийся ялтинский саммит СНГ внес качественно новые коррективы в геополитические процессы на территории Содружества, и в частности в Закавказье. По оценке некоторых наблюдателей, не исключено, что нынешний этап развития взаимоотношений Москвы с тремя закавказскими столицами может вновь ознаменоваться ослаблением российского влияния в регионе. Очевидно, что Россия не сумела воспользоваться весьма значимым повышением своего имиджа в регионе, в частности, обусловленным так называемым фактором нового президента - сильного и молодого. Москва так и не смогла войти в роль "регионального брокера", от позиции которого зависел бы характер развития взаимозависящих процессов на всем Большом Кавказе. Позиции, к сожалению, не оказалось.
Ялтинская встреча "кавказской четверки", о которой писала "НГ", была отменена. А значит, Москва вновь не сумела положить начало трудному процессу "возвращения из Стамбула в Кисловодск" и установить российский императив в обсуждаемых в настоящее время инициативах по формированию общерегиональной системы безопасности на Южном Кавказе. Следует отметить, что Россия не представила до сих своего видения структуры этой гипотетической системы, хотя и считается, что формула президента Северной Осетии Александра Дзасохова, в основе которой лежит так называемый кисловодский формат, наиболее четко отражает интересы Москвы по данному вопросу. Это обстоятельство, как считают многие эксперты, способно внести новый оттенок неопределенности и непредсказуемости в проводимый Кремлем внешнеполитический курс в Закавказье и спровоцировать очередную волну отторжения региона от России.
По информации "НГ" из достоверных источников, Москва в ближайшем будущем может быть поставлена перед фактом "перехвата инициативы" в вопросе организации и проведения встреч "кавказской четверки" со стороны соседней Грузии. Согласно некоторым данным, российская дипломатия, скорее всего, не будет противиться планам Эдуарда Шеварднадзе созвать подобный региональный форум в Тбилиси. Очевидно, что сам принцип ротации места проведения этих встреч вполне целесообразен и может даже содействовать повышению эффективности формата "3+1" (Азербайджан, Армения, Грузия и Россия). Однако неоспоримую угрозу для российских интересов в Закавказье представляет возможность расширения этого формата, а значит - деградации "четверки". Не исключено, что на кавказский форум в Тбилиси (если он, конечно, состоится) будут приглашены и представители таких "заинтересованных сторон", как Турция, США и Евросоюз. Необходимость соблюдения формальной объективности и принципа регионализма, скорее всего, станет неоспоримым условием для приглашения в грузинскую столицу и представителей Ирана. Очевидно, что реализация этой программы, объективно соответствующей геополитическим интересам и региональным амбициям Грузии, станет, в свою очередь, началом воплощения в жизнь так называемой сбалансированной концепции формирования системы общерегиональной безопасности, ставящей, кстати, Россию в ранг "регионального государства второго эшелона" наравне с Турцией и Ираном. Такая перспектива, естественно, будет означать не что иное, как констатацию ослабления российского влияния в "ускользающем" Закавказье.
Эти и другие проблемы, скорее всего, были отражены в ялтинских двусторонних переговорах президента России с главами Азербайджана и Грузии. Никак не оспаривая важности и необходимости этих встреч, нельзя, однако, не обратить внимание на одну немаловажную деталь. Путин встретился со всеми прибывшими в Крым президентами, кроме Роберта Кочаряна, лидера Армении - единственного военно-политического союзника России в Закавказском регионе. По информации "НГ" из достоверных источников, армянская сторона предварительно обращалась к Москве с официальной просьбой в организации подобной встречи. Очевидно также, что на официальном уровне факт отсутствия переговоров Путин-Кочарян будет обуславливаться предстоящим в конце сентября визитом президента Армении в Россию, а то обстоятельство, что армяно-российские отношения ныне переживают не лучший этап в своей истории, будет опровергаться и Ереваном, и Москвой. Истина при этом вновь останется за кадром, а правда о том, кто и с какой целью провоцирует сегодня противоречащее интересам и России, и Армении взаимоотторжение стратегических союзников, завуалирована традиционными заявлениями о многовековом характере армяно-российской дружбы.
