Андрей Ваганов В Нижегородском государственном университете им. Н.И. Лобачевского прошла II Всероссийская научная конференция «Революция и эволюция: модели развития в науке, культуре, обществе». Соорганизаторы конференции – Нижегородский государственный педагогический университет им. Козьмы Минина, Институт философии Российской академии наук и Русское общество истории и философии науки.
Чтобы было понятно, по каким площадям работали участники, достаточно перечислить названия рабочих секций: «Философские науки: историческая перспектива и футурологические прогнозы»; «Инновационное развитие и перспективы человека»; «Философия образования: революция и эволюция в образовании»; «Идея революции и эволюции в истории русской философии и культуры»; «Медиареальность: техники коммуникации, техники мышления, техники тела»; «Текст в цифровую эпоху: эстетика и эпистемология».
И вокруг этого секционного ядра – блок пленарных докладов, целый веер круглых столов…
Организаторы заранее разместили в открытом доступе оперативно изданный сборник тезисов конференции, чем сильно облегчили и сделали более конструктивной работу секций. И все-таки пытаться распутать тройную спираль, заявленную в самом названии – «…модели развития в науке, культуре и обществе», – занятие неблагодарное. Поэтому приведу только то, что почему-то зацепило внимание…
«Последние три-четыре десятилетия философия науки переживает застой. Почему?» На этот вопрос попытался ответить доктор философских наук, профессор, руководитель Школы философии факультета гуманитарных наук НИУ «Высшая школа экономики» Владимир Порус. Он же: «Вполне можно сделать научные истины неприемлемыми и даже непереносимыми для обыденного сознания»; «Интерес к искусственному интеллекту (ИИ) стигматизирует лишь слабость интеллекта естественного (ИЕ). Последний передоверяет принятие решения ИИ, который вовсе не просит об этом и может принять решение, которое будет направлено против ИЕ».
«Технологический императив не допускает диалога. И наука предлагает основания зависимости всех акторов от этого универсального субъекта. Наука легитимирует господство. Но эта логика начинает довлеть над самой наукой. Например, в виде наукометрии. Таким образом, технологический разум приходит к собственному пределу» (Лада Шиповалова, завкафедрой философии науки и техники Института философии СПбГУ).
Целая россыпь афоризмов от «антропоконсерватора», доктора философских наук, профессора ННГУ им. Н.И. Лобачевского Владимира Кутырева (он модерировал секцию «Инновационное развитие и перспективы человека»): «Техника – наша судьба, и может быть, даже смертельная судьба»; «Формируется «когнитивный робот» – человек, который не может сопротивляться внешней программе управления»; «Сегодня любая вещь существует, чтобы скорее исчезнуть». Наконец – маленький шедевр жанра: «Надо быть дураком, чтобы не понимать, что искусственный интеллект нас победит! »
В пандан Кутыреву – Ирина Герасимова из Института философии РАН: «Врач становится «когнитивным роботом» (см. выше. – А.В.), а скоро врача заменит искусственный интеллект».
«Мы не можем дать определение инженеру через функции (бобры тоже строят плотины)»; «Социологические исследования в России не отмечают связи инженеров с инновациями в представлении общества», но зато «Технологические катастрофы связываются не с инженерами, а с чиновниками» (Елена Чеботарева, СПбГУ).
«Человек – это существо, в котором форма (культура) победила силу»; «Некий объект объявляется существующим, и на его основе строится новая теория (картина мира)» (Владимир Чувильдеев, д. ф-м. н., профессор, директор Научно-исследовательского физико-технического института (НИФТИ) ННГУ им. Н.И. Лобачевского).
На заседании круглого стола «Физико-математические науки в СССР по обе стороны железного занавеса» речь шла о вещах более приземленных, конкретных. Извините за штамп – о «болевых точках российской науки». Модератором КС выступил руководитель Высшей школы государственного аудита МГУ им. М.В. Ломоносова, главный редактор журнала «Вопросы истории естествознания и техники» Сергей Шахрай. В качестве затравки для обсуждения были представлены сообщения: «Чему Шэлдон Глэшоу не научился у Игоря Тамма?» (Дмитрий Баюк, Финансовый университет при правительстве РФ); «Бруно Понтекорво и его «переход на другую сторону»: обстоятельства и оценки» (Борис Булюбаш, ННГУ им. Н.И. Лобачевского); «Эмиграция и иммиграция в советской и российской математике: прошлое, настоящее, прогноз» (Григорий Полотовский, ННГУ им. Н.И. Лобачевского).
Если у математика Григория Полотовского достаточно пессимистический взгляд (университеты в России утрачивают математические школы), то специалист по квантовой физике, д. ф-м. н., член-корреспондент РАН Андрей Турлапов все-таки оптимист: «Там, где наука наиболее сильная – она работает примерно одинаково». Как именно «одинаково» – этому был посвящен его доклад: «От научной школы к академической мобильности и обратно».
Ну что ж, по крайней мере это попытка ухватить нечто единое, общее в развитии науки в мире.n
Нижний Новгород – Москва
комментарии(0)