Владимир Ахмедов Вчера Израиль начал строительство первой секции системы заграждений на границе с Западным берегом Иордана. 350-километровый комплекс будет состоять из стен, траншей и систем электронного слежения. Израильский министр обороны Биньямин Бен-Элиэзер лично принял участие в церемонии закладки первого камня. По его словам, цель проекта - предотвратить проникновение палестинских террористов в Израиль.
Это строительство началось на фоне тщетных попыток американской дипломатии реанимировать мирный процесс. Последнее время на различных переговорах по этой теме все активнее обсуждалась роль Сирии в ближневосточном урегулировании. В пятницу ожидался визит в США сирийского министра иностранных дел Фарука Шараа, однако в последний момент он был отменен. Характерно, что ранее премьер-министр Израиля Ариэль Шарон счел нужным прокомментировать заявление саудовского правительства об обязательном включении Сирии в состав участников региональной мирной конференции по Ближнему Востоку. Он особо подчеркнул, что это станет возможным, только если сирийское руководство согласится на ряд требований Израиля, включая окончание "сирийской оккупации" Ливана и разоружение боевиков "Хезболлаха" (Партии Аллаха), а также полный вывод из Ливана подразделений иранского Комитета стражей исламской революции.
Понятно, что в условиях отсутствия переговорных контактов с Израилем требования Шарона являются абсолютно неприемлемыми для Дамаска и могут быть расценены сирийским руководством не как приглашение за стол переговоров, а как ультиматум капитулировать. Как справедливо отметил в ответ на высказывания израильского премьера один из депутатов кнессета Ран Коэн, если Израиль будет настаивать на этих условиях, то никакого регионального саммита вообще не будет.
Несмотря на то что многолетнее израильское военное присутствие в Ливане завершилось в мае 2000 г. практически полным выводом израильских войск, вожделенное спокойствие в этой стране так и не было достигнуто. На смену перебравшимся в Тунис, Сирию и другие страны отрядам ООП пришли боевые формирования исламского сопротивления из поддерживаемой Ираном Партии Аллаха. Граница между Израилем и Ливаном остается одним из наиболее опасных очагов напряженности в регионе. По оценке высокопоставленных израильских военных, современная линия обороны на ливанской границе, проект создания которой активно обсуждался в Израиле, является весьма дорогостоящей (около 500 млн. долл.) и к тому же малоэффективной с военной точки зрения.
Важнейшей проблемой для Дамаска остается наличие в Сирии и Ливане около одного миллиона палестинских беженцев, представляющих собой потенциально дестабилизирующую силу. Сирийские службы безопасности вынуждены осуществлять постоянный мониторинг деятельности организаций палестинского сопротивления в Ливане, используя для этого в том числе и возможности "Хезболлаха".
Определяя деятельность Партии Аллаха в Ливане, ХАМАС и "Исламского джихада" в Палестине как национально-освободительное движение, сирийский президент Башар Асад в то же время не отказывается от участия в борьбе мирового сообщества с международным терроризмом. Не случайно в докладе о глобальной угрозе терроризма, представленном в прошлом месяце госдепартаментом США конгрессу, в частности, отмечается, что в отличие от таких стран, как Ливия, Северная Корея, Ирак, Сирия добилась "определенного прогресса" в сотрудничестве с ООН в плане совместной борьбы с такими организациями, как "Аль-Каида" Усамы бен Ладена.
Госсекретарь США Колин Пауэлл уже недвусмысленно дал понять, что в случае, если Дамаск окажет необходимое давление на "Хезболлах", США попытаются убедить Израиль возобновить переговоры с Сирией и Ливаном. Действительно, это могло бы стать оптимальным выходом из создавшейся ситуации. Тем более что подобный переговорный процесс соответствует духу основных положений саудовского плана мирного урегулирования, который Сирия в принципе поддерживает. В этом случае "Хезболлаху" придется существенно реформировать свою деятельность и заняться реальной политикой.
Дарья Гармоненко 