Николай Усков В советских учебниках по истории были разделы под названием «Культура», где в братской могиле гнили сведения о литературе, изобразительном искусстве, архитектуре, философии и народном творчестве, – словом, все то, что не помещалось в величественное полотно социально-экономической истории. Но и эта братская могила была немалым завоеванием советской интеллигенции, ибо культура с точки зрения марксизма ничего не определяла, а только отражала классовую борьбу. Сменилась эпоха, но братская могила осталась и в учебниках, и в головах, материализовавшись в беспрецедентный медийный феномен телеканал «Культура». За пределами этой резервации бурлит потрясающая своим разнообразием и богатством жизнь ума, чувств, стремлений, амбиций. Но им на «Культуре» не место. Это мавзолей. В мавзолее должно быть чинно, тихо и заунывно. Живые голоса звучат у Швыдкого и Ерофеева, но потом все опять погружается в шедевры мирового музыкального театра. Здесь даже грим мертвит ведущих. Меня, например, не покидает ощущение, что за пределами «Новостей культуры» Владислав Флярковский обитает, точнее, спит в специальном ящике. В нужный момент ящик открывают, подключают Флярковского к питанию и выпускают в эфир. Естественно, при таком образе жизни трудно ожидать от диктора блеска в глазах и оптимизма в голосе. Мертвенно-бледное лицо, к которому приклеены волосы, не говорит, а стонет.
На «Культуре» вообще принято стонать, о чем бы ни заходила речь. Потому что культура с точки зрения продюсеров – трагедия. В полной мере это понимаешь, когда видишь гостей «Культуры». Большинство из них и «мертвить» не надо. Вы посмотрите на завсегдатаев Александра Архангельского. Неужели плохие зубы, немытые волосы и обноски – это «культура». Неужели жизнь духа – обязательно гниение плоти? Я как-то никогда не верил в понятие «внутренняя красота». Если ты действительно чувствуешь, что такое красота, то будешь выдергивать волосы из ушей, мыться хотя бы раз в день и не наденешь бесформенный свитер в катышках. Почему о культуре имеют право говорить эти люди, а Даша Жукова, Емельян Захаров или Эдуард Бояков, которые делают Москву по-настоящему культурным городом, – нет?
Вопросов у меня много, но ответ на них один. Нет денег. Проблема канала в ложном посыле, что его можно делать без рекламы. И это при том, что именно культура во все времена была самым прожорливым зверем, я думаю, более прожорливым, чем война. Война ведь приносила материальные выгоды победителям, культура же просто съедала и съедает миллиарды. Достаточно посмотреть на соборы и дворцы, чтобы понять, какие серьезные деньги люди выводили из оборота ради чего-то непостижимого: завитков, розочек и пастушек. Культура – это самое расточительное свойство человека. Природа, или как говорили латиняне, «натура», стремится к простоте, человек – к сложности. Культура – это деятельность человека по усложнению натуры, простирающаяся от клозетов до Сикстинской капеллы.
Как бы я ни злобствовал, я люблю канал «Культура» за отсутствие Димы Билана или трупов с вилкой в голове. На пятой кнопке нет Малахова Плюс и нет Анфисы Чеховой, нет пятиминуток ненависти к Америке от Леонтьева и многоминуток любви к Путину от остальных. Но, друзья, «культуру» нужно делать иначе. Это живая, страшно увлекательная и необузданно сексуальная реальность. Не богадельня, а штаб революции. Дом не престарелых, а молодых, не трагедия, а праздник, не стон, а торжествующий вопль, не убытки, а прибыль, ибо экономически активное население и есть основа культуры, причем во все времена.
