Григорий Заславский Год русского языка чувствуется во всем: споры о буквах идут на самом высоком уровне. Например, на минувшей неделе на заседании правительственной комиссии по сохранности культурных ценностей первый вице-премьер Дмитрий Медведев предложил собравшимся «сконцентрироваться на ключевых задачах, а не на такой «важной» проблеме, как восстановление буквы «ё» в алфавите». Один из комментариев по этому поводу прямо назывался «Медведев против «Ё» Минкультуры».
Странное дело: тем самым Дмитрий Медведев фактически перечеркнул массу усилий немалого числа людей, в том числе и высокопоставленных. Признаться, восстановление буквы «ё» могло стать чуть ли не единственным «осязаемым» итогом Года русского языка. Что же до высокопоставленных людей, то – по горячим следам – фраза Дмитрия Медведева «настигла» министра культуры и массовых коммуникаций Александра Соколова, который за неделю до того в эфире «Маяка» высказался за возвращение буквы «ё»: «Я за то, чтобы она вернулась. Я ее всегда пишу». И попутно заметил, что «к русскому языку надо относиться более трепетно, его оттенки, его нюансы – это то, чем мы богаты, а не то, чем мы должны пренебрегать». Можно сказать, что реплика Медведева – еще и камень в огород другого министра, образования, Андрея Фурсенко, поскольку 11 июля Межведомственная комиссия по русскому языку выступила с инициативой обязательного употребления этой самой злосчастной буквы «ё». А министр образования и науки Андрей Фурсенко эту инициативу, будь она неладна, поддержал. Все комментаторы тогда говорили: окончательное решение должно быть определено постановлением правительства. Вряд ли с ним теперь станут торопиться.
Из достоверных источников, близких к Белому дому, мне стало известно, что то ли история с буквой «ё», то ли потеря 160 тыс. экспонатов из 500 проверенных музеев (а именно таков нерадостный итог полугодовой проверки российских музеев – этим и была вызвана раздосадованная реплика первого вице-премьера) опечалили Дмитрия Медведева настолько, что на следующий день он отменил заседание еще одной гуманитарной комиссии, которая должна была собраться примерно в том же составе.
Все уже было сказано. А если так – зачем встречаться?
Конечно, можно отнестись к возвращению буквы «ё» как к ерунде и как к чему-то несущественному, отвлекающему от краеугольных вопросов российской культуры. Хотя┘ Курирует Год русского языка, как известно, супруга президента. Это первое. Есть еще и второе: возвращение буквы «ё» – чуть ли не единственное реальное дело, которое могло случиться, единственный практический итог данного, без преувеличения, высокобюджетного проекта. Неужели решили отказаться и от этого?
Для справки: буква «ё» содержится в более чем 12,5 тысячи слов, в тысячах географических названий России и мира. Гуру российского интернета Артемий Лебедев как-то сказал, что его эти «точечки» отвлекают, хотя их отсутствие, сам не раз сталкивался, превращает слова в бессмыслицу. Хотя, конечно, что греха таить, чаще всего буква «ё» возникает в речевых оборотах, связанных с непечатной лексикой, то есть с «печатными проблемами» не сталкивается.
Любопытно, что три года назад в Ульяновске рядом с библиотекой имени Николая Карамзина, «изобретателя» этой самой «ё», был открыт памятник букве. Кто ж знал, что это надгробный монумент?
